Влечения хиджабовы.

хиджаб Шестерых ставропольских девушек «отлучили» от школы из-за хиджабов. Опекуны отказались запускать детей в классы без платков, главный директор – пускать в них. В конечном итоге вопросы веры опять взялись исследовать всей страной – с дебошем, судами и двуличными компромиссами.

В платке – на выход

Разделенная автодорога, по которой прогуливают постные гуси; 3 магазина, прикрытых плотно в 8 вечера. Это село Кара-Тюбе Нефтекумского региона, в 200 км от Ставрополя. Вторую неделю в данную глухомань не останавливается путешествие корреспондентов, озаряющих «проблему хиджабов».

Сюжет несложен: 2 ноября шестерых учениц-мусульманок не запустили в региональную школу из-за «неделового стиля» одежды.

– Перед моей дочерью просто запирали дверь, – сообщает отец 12-летней Марьям, Равиль Кайбалиев. – Впрочем она прекрасно обучалась, была старостой класса – данного статуса ее также лишили.

А все потому, что в самом начале лета Марьям, со слов отца, «изъявила желание» носить хиджаб и в его отсутствие в школу идти «категорически отказывается». К аналогичному заключению пришли еще 4 девушки – 2 сверстницы Марьям и 2 воспитанницы старших классов 8 и 9 лет. Поговорить с детьми опекуны запретили. Однако с начала взрослые старались за них уладить вопрос хиджабов с главным директором школы.

– Вчера 1 октября я приехал к ней рассмотреть картину, сообщает имам села Саид Оракчиев. – Мы условились, что девушки будут придерживаться требований – белый топ, темный низ, юбки не менее лодыжек и платки полагаются.

Объясним, отчего вообще в ставропольском населенном пункте появилась тематика платков. Кара-Тюбе, как и определенные иные деревни региона, село ногайское, из 3000 населения большинство – представители данной небольшой нации. Ногайцы, иммигранты из Дагестана, исторически и строили региональные деревни. Плюс в последнее время в регион активно переселялись иммигранты из Чечни и Дагестана – границы республик поблизости. В результате большинство населения Кара-Тюбе исповедует мусульманство.

Девушки в платках на улицах – стандартное дело. Однако в стенках школы хиджабов, рассказывают преподаватели, не было никогда в жизни. Главный директор заявляет, что и в данный раз она платков запрещала.

– Мы почитаем вероисповедание воспитанников. – Мария Савченко сама появилась на свет и повысилась в Кара-Тюбе. – Понимая, что их традиции требуют накрывать голову, я рекомендовала им одевать косынки, однако повязывать их как-нибудь иначе, как бандану, к примеру.

Православные в банданах – необычно. Однако опекуны на эти критерии не пошли, девушки возобновляли идти в хиджабах.

– Однако 10 октября в школе поменялся устав, при этом в аварийном порядке – граничной министерство юстиции принял его за 3 дня, – рассказывает Равиль Кайбалиев.

В конечном итоге в текущих требованиях школы написано, что «внешний тип обучающихся должен отвечать общепризнанным меркам делового стиля». Главный директор заявляет, что как раз в результате этого пункта двери школы закрылись для воспитанниц после месяца бесполезных переговоров с опекунами.

– В школе не может быть никаких церковных компонентов одежды, говорит Мария Владимировна. – У нас и прежде были попытки опекунов настоять на хиджабах, однако мы всегда приезжали к компромиссу, другими словами дети в конечном итоге снимали платки.

Лимиты терпимости

На этот раз компромисса не получилось. Впрочем решение главного директора поддерживали в граничном минобразе, опекуны с ним не погасились и отправились с претензиями в региональный муфтият. Отныне история стала общественной: на веб-сайте Совета муфтиев вышло известие о инциденте.

– И это не первый пример, – сообщили нам в муфтияте. – И прежде прибывали опекуны из прочих сел и участков. Годом ранее чуть ли не вышла история в высшем Учебном Заведении – Пятигорском лингвистическом институте. Руководство старалось ввести запрет, в деканатах с женщинами вели беседы. Однако в результате декан от мысли отказался. Это могло привести к огромным неприятностям там очень многие студентки одевают платки. Впрочем до 2007-го хиджабы у нас не имели. Вероятно, это соединено с усилением обычаев в республиках. Так или иначе женщины в хиджабах у несложных людей никаких пререканий не вызывают.

И правда, жители вполне нейтрально относятся к правоверным девайсам. Даже в примыкающем с Кара-Тюбе Буденновске, где муниципальную хронику теперь разделяют на до и после «прихода Басая». Ставрополье вообще снисходительный край, в особенности по контрасту с примыкающей и более национальной Кубанью.

– Да пускай идут, как планируют, – говорит автолюбитель маршрутки Лёша. Сам наш город создали армяне, в настоящее время четверть русских замужем за дагестанцами, чеченцы нам основали лихой супермаркет с фонтаном. В располагающихся рядом участках кого лишь нет – и хохлы, и греки, и туркмены. Мы веками живем плечо о плечо, ко всему пристрастились.

Данный межнациональный пофигизм уживается с такими реалиями, от которых, к примеру, у москвича трепет по телу. Региональные сообщают, как годом ранее в Буденновск заезжал Отряд – отваживать кавказских юношей танцевать лезгинку на улицах и биться в клубах. После данного «все поутихло», однако сам прибытие спецназа ни для кого не стал мероприятием. Еще все понимают, что региональную молодежь до сегодняшнего дня рекрутируют в горы, а в примыкающем с Кара-Тюбе селе возникают ваххабиты.

– У них там родственник, они то идут, то уходят, – говорит региональный гражданин Дима. – О милиции там вообще не упоминают. Я по всем этим селам колесил коммерческим представителем, впрочем даже таксисты туда предпочитают не даваться, в Кара-Тюбе и в том числе. Ногайцы же также вели войны, у них целый взвод был в чеченской кампании.

С пеленою на глазах

Это хорошее движение региональной жизни, на которое и у властей, и у органов достаточно давно прикрыты глаза. Вроде бы, с чего беспокоиться из-за детских платков? Однако в контексте школы «бытовуха» является «казенщиной», да еще и общественной. Потому, вероятно, хиджабы так взбудоражили не столько главного директора, сколько органы и госслужащих.

– Первоначально указ тянулся от главы райадминистрации, – говорит Равиль Кайбалиев. – А преподавателей затем вызывали в прокуратуру, терроризировали, что, если будут запускать детей, останутся без работы. Нам также грозили, будто бы мы преступаем законы. Мы сейчас направили жалобу насчет нарушения наших прав на формирование и волю веры. Пускай нам в суде пояснят, что мы преступили.

Пока иски оцениваются, вопрос начали бурно обсуждать государственные официальные лица. Детский омбудсмен Астахов сообщил, что «платок не считается непристойным атрибутом». Посол вице-президента в СКФО Хлопонин, наоборот, счел, что главный директор «действует совершенно правильно». Алогично выступил глава Минобраза Д. Ливанов, сказав, что девушки «с обработанной головой» не противоречат «школьным правилам». И здесь же добавив, что «дети должны идти в вежливой одежде».

После недели такой шумихи в Кара-Тюбе все же «пришли к компромиссу».

– Под прицелами телекамер мы условились, что дети будут приходить в косынках, – заявила Мария Савченко. – Связанных, как стандартный платочек, без верующей расцветки.

Чем шапка, связанная хоть как хиджаб, хоть на благоверный манер, не верующий признак? В этом контексте любой ломоть ткани на головах девушек, как его ни обругай, все равно продиктован религией. Логично, что «компромисс» окончился провалом. На следующий день только одна девушка пришла в школу в черной косынке, а другие, со слов главного директора, «закутанные в большие шали».

Заканчивать данную игру слов в конечном итоге понадобилось, как обычно, 1-му лицу. Объясняя картину в Кара-Тюбе, Путин сообщил, что же «у нас вежливое государство». Если данную явную правду обретут в кара-тюбинской школе, точку в конфликтах президентское слово все равно не установит.

Региональные опекуны в случае запрета собираются дойти чуть ли не до Высшего трибунала, а в скольких еще районах-регионах появятся похожие обстановки? И про это предостерегали, еще когда нацлидеры позволили вдохновлять вероисповедание в школах.

Так как если в вежливые заведения полагаются «основы православия», почему и в правоверном населенном пункте не начать явные уроки ислама?

Слово в слово

Елена Алексеева, глава МХГ:

– Я – за запрет любой церкви в школах, однако против селективных запретов, предположим ислама. Нужно либо запретить любую вероисповедание, либо не запрещать никакую.

История вопроса

Хиджабы официально запрещены в школах Казахстана, Таджикистана, Азербайджана. Из отечественных республик платки позволяют только воспитанницам Дагестана и Чечни. В Ингушетии запрет ввели годом ранее. После того как старшеклассница одной из школ, надев хиджаб, в следующем году улизнула к чеченским боевикам. Полицейским, нашедшим ее в региональных лесах, женщина созналась, что занялась мыслями ваххабизма. После данного вице-президент Евкуров отвел от должности главного директора школы и ввел общий запрет на хиджабы.

Как вариант в республике обсуждалось внедрение единственной школьной формы. В настоящее время данную мысль серьезно планируют пересмотреть на государственном уровне.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *